Язык как первая любовь со школьных лет

Что бы ни говорили - а невозможно в 21 веке представить русскую литературу и русский язык без того, что создается в громадной русской эмиграции. Я полагаю, что у писателей-эмигрантов чувствительность к русскому языку возрастает с познанием другого языка, с приобщением к другому языку - исходя из того же универсального правила: все познается в сравнении.

Почему мы, бросившие свою родину и приехавшие сюда, продолжаем цепляться за русский язык? Напрашивающийся ответ - потому что не можем на иврите. Но в моем случае этот довод не годится. Я не могу пожаловаться на то, что зажат в тисках одного языка - писал на узбекском, читаю перса Омара Хайяма в оригинале, пишу и публикуюсь на иврите, со временем освою и английский на таком уровне, что смогу писать на нем. Но с русским языком никогда не распрощаюсь - и тому есть причина.

Начну с известных цитат авторитетов о красоте русского языка - помните, в школах висели плакаты.

Язык, которым Российская держава великой части света повелевает, по его могуществу имеет природное изобилие, красоту и силу, чем ни единому европейскому языку не уступает. И для того нет сомнения, чтобы российское слово не могло приведено быть в такое совершенство, каковому в других удивляемся. (М. В. Ломоносов)

Да будет же честь и слава нашему языку, который в самородном богатстве своем, почти без всякого чуждого примеса, течет как гордая, величественная река - шумит, гремит - и вдруг, есть ли надобно, смягчается, журчит нежным ручейком и сладостно вливается в душу, образуя все меры, какие заключаются только в падении и возвышении человеческого голоса! (Н. М. Карамзин)

Что русский язык - один из богатейших языков в мире, в этом нет никакого сомнения. (В. Г. Белинский)

Русский язык! Тысячелетия создавал народ это гибкое, пышное, неисчерпаемо богатое, умное, поэтическое и трудовое орудие своей социальной жизни, своей мысли, своих чувств, своих надежд, своего гнева, своего великого будущего. (А. Н. Толстой)

Дивишься драгоценности нашего языка: что ни звук, то и подарок: все зернисто, крупно, как сам жемчуг, и, право, иное названье еще драгоценней самой вещи.(Н.В. Гоголь)

Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины - ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык (И. С. Тургенев)

Русский язык в умелых руках и в опытных устах- красив, певуч, выразителен, гибок, послушен, ловок и вместителен. (А. Куприн)

Нам дан во владение самый богатый, меткий, могучий и поистине волшебный русский язык. (К.Г. Паустовский)

Русский язык неисчерпаемо богат и все обогащается с быстротой поражающей. (М. Горький)

Русский язык - язык, созданный для поэзии, он необычайно богат и примечателен главным образом тонкостью оттенков. (П. Мериме)

А теперь - парадоксальное: я от всех этих славословий в восторг не прихожу. Для меня все это - голословные утверждения. Я всегда в таких случаях требую: доказательства! Факты в студию. Имена, явки, адреса.

И сразу - первое доказательство: слово «голословные», которое я употребил в предыдущей фразе. Что я сделал: я ведь не просто сказал, что это бездоказательные заявления. Я очень красочно описал их - «голословные».

И вот сделать это, доказательно перечислить достоинства русского языка может тот, кто хорошо владеет и другими языками. Он может сравнить, сопоставить, оценить со знанием дела.

На иврите я могу передать свою мысль, моего иврита для этого достаточно. Но мне сложно передать нюансы, сказать одним словом многое. Сколько еще лет должно пройти, пока я перестану «лезть в карман» за ивритским словом?

Вот примеры, чтобы не быть, опять же, голословным. На русском языке я написал в статье, что поступок такого-то, возможно, и умный, но не мудрый. На иврите - в обоих случаях «хахам». Есть еще слово «пикеах», но уже в самом этом слове есть принижение, но я не хотел принижать того, кого определил как умного. Мудрый - это больше, чем умный, это человек, который возвеличивается над своими личными интересами, смотрит очень далеко вперед.

В иврите нет градаций «большой» и «великий». И арбуз на иврите «гадОль», и Александр Македонский «гадоль», и Петр Первый, и Французская революция. Есть слово «анакИ» - «громадный», но оно в этих случаях не подходит. Великий Пушкин - это же не громадный, он был невысокого роста.

В русском есть такая градация арестантов: «узник, каторжанин, каторжник». Книга про Гарри Портера называется на русском «Узник Азкабана». В самом английском есть только «призэнер». Как им объяснить, что в России начала 20 века «каторжник» было ругательством, а «каторжанин» - почетным званием?

На русском можно просто сказать «суд», а можно - «судилище» - и всем понятно, как мы относимся к этому процессу.

Не знаю, есть ли в каком другом языке красочное слово «солдафон».

Я могу написать трактат о слове «омут»; безумно трудно передать на другом языке все нюансы выражения «в омут головой» или пословицы «В тихом омуте черти водятся»…

Недавно я написал на иврите рецензию на габимовский спектакль «Бравый солдат Швейк», и остро ощутил нехватку в иврите слова «бравый». Есть - «смелый, храбрый» («амиц»), а «бравый» (с оттенком насмешки) - нет. Назвали спектакль (и книгу, разумеется) «э-Хаяль а-амиц Швейк». Теряется некоторая ирония автора над своим героем. И на английском без затей: «The Good Soldier Švejk».

Еще пример: я назвал свой рассказ «Реванш доктора Ватсона», перевел на иврит - и уже в названии столкнулся с проблемой. Нету слова «реванш»! «Некама» («Месть»)? Не то. В моем рассказе доктор Ватсон не мстит Шерлоку Холмсу, а берет реванш за все свои прежние афронты. Пришлось удовлетвориться неивритским «Элементари, Холмс».

Сборник рассказов я назвал «Дебют частного детектива» - нету в иврите слова «дебют» в расширенном смысле, когда можно так назвать не только первое выступление артиста («hофаАт бхорА»).

Вчера смотрел в Габиме спектакль по пьесе Мольера «Скупой». Названа пьеса и спектакль «Камцан» - «Жадный». Звучит как приговор. Можно уже спектакль не смотреть. А слово «Скупой» еще дает герою шанс завоевать нашу симпатию, оно не такое припечатывающее. И в русском есть еще градации для такого сорта людей - менее осуждающие: «рачительный», «бережливый», «экономный» - на все случаи жизни. Вся палитра - выбирай, что по вкусу. Тут уместно вспомнить и одноактовку Пушкина «Скупой рыцарь». А как на иврите сказать: «Скупая мужская слеза»?

И это далеко не единственный ряд. Есть таких множество. «Преступление - проступок». Мастерство писателя - выбрать из синонимического великолепия единственно верное, точное - чтобы была не только информация, но и твоя оценка.

Ни в одном языке нет слова «грозный». Иван Грозный на иврите - «Иван а-айом» - «ужасный Иван». Но разве для русских «грозный» - это ужасный? Под владычеством грозного правителя можно жить, ужасного - нельзя. Нужно восставать, бежать, кончать самоубийством. Царь-батюшка должен быть грозным, держать подданных в послушании. Тут уже впору говорить о национальной особенности носителя языка… (Шутка).

Мне кажется, что только в русском языке есть негативные эпитеты, в которых заложена «милота». Вот негативное слово с «милотой»: «проказница». Иерусалимский театр «Хан» («Корчма») поставил пьесу Шекспира «Виндзорские проказницы», назвал спектакль «Нешот Виндзор а-ализот» («Веселые виндзорские женщины»).

Можно сказать, что у ребенка грязное лицо - но чаще говорим, что он «чумазый». Все равно грязный, но мы его за это еще больше любим.

Или - сколько «милоты» в «грязном» прозвище «Золушка!» И как добились: «теплым» суффиксом «-ушк-«, который свою хорошую репутацию заслужили в добрых словах «бабушка», «девушка», «голубушка»…

И наоборот - русский язык может в похвале заложить осуждение, сказав про человека, что он - «смазливый». Вы вроде бы отметили, что у него симпатичное лицо - но ему от вашей похвалы ой как не поздоровится!

Вот еще одно удивительное явление - два варианта звучания одного слова. Можно написать: «Налить тебе чая?». А можно - «Налить чаю?» - и сразу встает совершенно иной типаж. Который не скажет: «Сахара положить?» А - «Сахару положить?»

Есть в русском два слова для человека, который состоит в интимных отношениях - «любовник» и «возлюбленный». На иврите, на английском - одно: «меаhев», «лавер».

«Любовник» - «возлюбленный» - не правда ли, это как небо и земля, хотя в постели они делают одно и то же.

Только в русском есть два названия для одной такой профессии: разведчик - шпион. Причем если российский - то разведчик, если вражеский - то шпион.

Возьмем Библию, книгу евреев. Русский язык как-то богаче передает выражения оттуда. «Дщери Яакова» - это ведь не «дочери Яакова», верно? На иврите вариантов нет - «Бнот Яаков» (называется знаменитый ансамбль танца), как дочери любого современника.

«Плоть» - это, в конечном счете, то же мясо. «Плоть от плоти моей» и никогда - «мясо от мяса моего». На иврите - «бсар ми-бсари»; и то же самое «басар» - на вывеске мясной лавки.

«Перст указующий»; перст - это не палец, верно? На иврите в любом случае будет «эцба» - и когда высокий стиль, и когда показывают фигуру из трех пальцев - «эцба мешулешет».

На русском мы пишем: «Главари ХАМАСа»; я не только указал их место в иерархии - я выразил свое отношение к ним и к их организации - в иврите я этого сделать не могу. Есть «рашей ХАМАС» (руководители), «манhигей» (лидеры) - и все. В русском в моем распоряжении есть «вожди», «лидеры», «руководители», «предводители», «главари». А в засаде сидит еще слово «атаманы» - пиши хоть фельетон, хоть серьезную статью.

В иврите для органов зрения есть только «эйнайим». В русском в дополнение к «глазам» есть еще и «очи». На иврит перевели песню со словами «как вол, исполненный очей» - «шор мале эйнав».

«Пичкает пилюлями» - я не только передал информацию, не только нарисовал картину живую - я еще и выразил одним этим словом свое отношение к происходящему.

«Примостился» - ни в одном другом языке не смогу вот так одним словом не только сообщить об увиденном, но описать его красочно, так чтобы собеседник представил себе живо - и опять же дать и свое отношение к этому. Или - «припоздал». А какое замечательное слово «уселся»! Это же не просто - «сел»! Или - «выскочила замуж». Сказавшая это тетка ведь сразу высказала и свое отношение к этому браку. Помню, одна моя знакомая исчезла из моего поля зрения на полгода, потом снова объявилась. Спрашиваю, где пропадала. Отвечает так беззаботно: «Сходила замуж в Москву»…

Министр какой-то увидел в заявлении скрытую угрозу. Нейтрально. А можно: «углядел угрозу» - и уже как бы насмехаешься над этим министром.

Статья может быть «оплачена» - все нейтрально, а может быть «проплачена» - и все, ты иностранный агент.

Изящества в родном языке добиваешься десятилетиями чтения и писания. Может, со временем у меня это придет и с ивритом - я на это надеюсь - но когда еще? Нужны те же десятилетия активного пользования, пассивного чтения, слушания.

Есть научное объяснение, почему русский язык такой гибкий, богатый, изящный, красивый, красочный, изысканный: он сохранил слова из своего прошлого - многие старославянские выражения сосуществуют наряду с новыми, обогащая синонимический ряд. Кроме того, за прошедшие века к своей чисто русской основе он добрал из западных языков: французского, немецкого, английского, из восточных: - арабского, тюркских, фарси…

Особую прелесть нашему языку придает развитая система суффиксов и префиксов, которые могут из одного корня создать не только вариации слов, а даже противоположные по смыслу слова - «упал» (с лестницы), «пал» (в бою), выпал (из обоймы знаменитостей); в иврите во всех случаях - «нафАл». В зависимости от того, «побил» подсудимый или «убил» - он подпадает под разные статьи уголовного кодекса. «Пришел» и «ушел» вообще антонимы.

Недавно у меня брали интервью на радио, заговорили о моих детективных сборниках. Интервьюэр спросила, люблю ли я Конан-Дойля, давно ли читал его. Ответил, что недавно прочел два сборника на оригинале. «И как?» - спросила моя собеседница. «Я проникся жалостью к англичанам - они не могут прочесть эти замечательные рассказы о Шерлоке Холмсе на русском языке».

Чтобы не было недоразумений: я не пытаюсь тут столкнуть лбами разные языки, зачислить один язык в хорошие, другие - в плохие, скучные, неинтересные. Когда ты хвалишь один язык - ты не обижаешь другие. Когда скрипач-виртуоз хвалит скрипку, он не ругает флейту, пианино или гитару.

И, между прочим, мой иврит не примитивно скучен - я овладеваю другими приемами, который мне представляет новый для меня язык. Только приведу названия нескольких моих статей на иврите: «А-тнуа а-реформит ба-сафа а-иврит», «Яфа штика ла-метавхим», «А-скарим ше-магшимим эт ацмам», «Мака популистит ла-труфа». Знающие иврит увидят, как изящно обыгрываются здесь слова, поговорки, пословицы.

Русский язык не самый лучший. Он самый лучший - для меня. Я его знаю лучше, чем любой другой. Именно на нем я могу писать разными стилями, отражая речь разных социальных слоев, разного возраста. Только на этом языке я могу писать, говорить максимально образно, цветисто, выражать тончайшие нюансы своей мысли.

Почему все же пишу на иврите? Иврит - это как жена законная, с которой - жить, строить дом, растить детей; а русский - как первая любовь со школьных лет…